14 декабря 2019  |  суббота  |  06:50


ТОВАРЫ И УСЛУГИ РЯДОМ С ВАШИМ ДОМОМ!

"ПИТЕРСКИЙ МИКРОРАЙОН"

интервью со звездами  |  цитаты недели  |  архив  |  обратная связь

    Номер:


Скачай себе выпуски "ПМ"  
Архив выпусков газеты "Питерский микрорайон" в PDF-формате

    Он-лайн:


Путеводитель потребителя  



    Новости "Питерского микрорайона"




    Реклама

Расскажи о своих товарах и услугах!

заполни анкету!

И тысячи петербуржцев узнают о тебе!



    ОПРОС

Как отразился на вас финансовый кризис и кто виноват?

 

никак не отразился

 

пока никак, но худшее впереди

 

урезали зарплату

 

уволили с работы

 

подняли зарплату

 

стал меньше курить

 

стал больше курить

 

в кризисе виноваты американцы

 

в кризисе виноваты олигархи

 

в кризисе виноваты мы сами

 

во всем виноват Чубайс



Результаты голосования



Интервью со звездами

№ 11 (117), 29 марта 2007, Все районы

БГ: «За базар отвечаю»

Группе «Аквариум» исполнилось ни много ни мало – 35 лет. Патриарх или даже шейх российского рока, как сам себя называет Борис Гребенщиков, сегодня такой же, как и 35 лет назад. Только музыка стала более философской, а тема Бога – главной.



– О будущем думаете?

– Как-то раз группа «Sex Pistols» справедливо заявила: «Будущего нет». Будущее – это наши идеи, а лучше по поводу будущего идей не иметь.

– Борис Борисович, Вы неоднократно заявляли, что поддерживаете производителей пиратской аудиопродукции, без них, мол, народ останется без музыки…

– А разве народ стал получать больше? Ему по-прежнему недоступны диски стоимостью от пятисот рублей. Поэтому я и воздаю хвалу Господу за пиратов. А что касается авторских прав, то все когда-либо написанное на земле принадлежит Создателю.

– Как Вы относитесь к тому, что Ваши песни поют другие исполнители?

– Я всегда говорил, что после записи и выхода на каком-нибудь носителе, песня перестает быть собственностью. Вы с моими песнями можете делать все, что хотите. Можете их петь, можете над ними издеваться. Это ваше дело. Это ваша собственность.

– Вы производите впечатление уверенного в собственной неуязвимости человека. Как Вам это удается?

– Я верю в Бога, этого достаточно.

– Вы чего-нибудь боялись в жизни?

– Только зубных врачей! И раньше, и теперь.

– Насколько велика разница между легендарным БГ и гражданином России Гребенщиковым?

– Насколько мне известно, никакой разницы.

– А какой в жизни Борис Гребенщиков?

– В жизни я ипохондрик и депрессивный маньяк.

– Чем нынешний БГ отличается от того, что пел про старика Козлодоева и «Мочалкин-блюз»?

– Существенная разница между так называемым БГ тогда и так называемым БГ сейчас заключается в том, что в то время я значительно меньше понимал, как же мне добиться того, что хочу. И поэтому все альбомы 80-х годов записаны на скорую руку, на халяву. У нас тогда, к сожалению, не было человека вроде Джорджа Мартина. А если бы он был, нам сейчас не приходилось бы переписывать старые вещи заново. Поскольку сами записывать не умели, и в результате получилось то, что получилось. Я этим всем горжусь, но если бы был кто-то, кто лучше строил звук, было бы еще лучше. Правда, мы и сегодня, по-прежнему ничего не умея, занимаемся нашим звуком. Но хотя бы уже разбираемся в приборах! Поэтому работать стало интереснее. А во-вторых, в то время я гораздо меньше понимал, что за любое сказанное, а тем более спетое слово всегда приходится отвечать.

– И долго отвечать?

– Всю жизнь. И поэтому сейчас у меня несколько более высокие требования к собственным текстам. Но это естественно. Потому что тогда мне было 25 лет, и в большей степени мне все было до лампочки. Если теперь начинаю язвить, мне уже требуется больший накал язвы.

«Как только в музыке появляется концепция, идея или другая чушь собачья, музыка перестает быть музыкой и становится игрушкой в руках предприимчивых людей»


– Как-то Вы сказали, что рок для вас — это прежде всего цельное ощущение мира.

– К сожалению, у огромного большинства людей, которые им сегодня занимаются, не настолько развит культурный аппарат, чтобы они могли даже подумать такое. Вот у Элвиса Пресли, например, было удивительно цельное ощущение мира, такое трепетное, с фантастической энергией и радостью.

– Но ведь очень немногие люди сегодня числят короля рок-н-ролла в своих кумирах.

– Это естественно. Если бы молодые люди слушали сегодня Элвиса, я бы решил, что мир сошел с ума.

– Какую музыку Вы в принципе считаете «хорошей», а какую «популярной». Может ли популярная музыка быть «хорошей»?

– Честно говоря, хорошая музыка никогда не должна была тиражироваться. Случайно произошло так, что в 60-е годы хорошая музыка стала популярной. Обычно все немножко по-другому происходит: популярной была одна, интересной – другая. Если посмотреть в целом на слушательскую аудиторию, то она предпочитает музыку, которая не заставляет напрягаться. Для этого и существует «попса». У меня другое представление о целях музыки, искусства и жизни. Но таких, как я, меньшинство. Пусть засилье поп-музыки процветает. Пусть люди, которые хотят говна, получают говно, а те, что хотят чего-то другого, могут его найти.

– Скажите, а как насчет классической музыки? Ощущение радости, столь ценимое раньше, можно ведь найти и в ней.

– Это еще вопрос! Классическая музыка, безусловно, сложнее и интереснее, но, повторяю, такой бьющей через край радости, как у Элвиса, нигде больше не найти. Не с чем сравнить по насыщенности. Я оцениваю рок-н-ролл по критериям внутренней благости. Когда вы приходите на концерт, вы должны получить особое мироощущение, которое, возможно, перевернет вашу жизнь. И неважно, сколько вам лет.

– А в вашей жизни был такой переворот?

– Да, мне было 12 лет, я был нормальный советский мальчишка, разве что книги читал. А потом я услышал «Битлз». Мне повезло, я более или менее знал английский. Но потом понял, что тексты там не слишком-то и удачные. Но для меня все равно это было чем-то вроде молитвы. Я решил, что каждая песня «Битлз» – это молитва, и поэтому производит такое потрясающее впечатление.

– Члены того же «Битлз» потом занялись бизнесом, это исторический факт. А согласитесь, бизнес и молитва как-то не очень соотносятся…

– Не могу удержаться, чтобы не процитировать в этой связи Писание: «Отдайте Богу богово, а Кесарю кесарево». То же самое с деньгами. На них можно обращать внимание, а можно и нет. Это неважно и не имеет никакого отношения к делу.

– А на что Вы обращаете внимание?

– Мне интересны какие-то вещи. У меня есть свои вкусы. Теперь, когда мне уже немало лет, выясняется неожиданно, что мои вкусы довольно плотно совпадают с общечеловеческими ценностями, с которыми – я могу теперь это сказать – я чуть-чуть знаком. Но уровень невежества среди нашего народа вообще и деятелей культуры в частности ужасающий. Это катастрофа. И пока это не изменится, говорить о чем-либо здесь представляется мне смешным. Отдельный человек в России может добиться всего, чего угодно, самых высоких вершин. Но в общем и целом наша культура представляет из себя, грубо говоря, помойку. На 99%. И пока наши деятели культуры не займутся самообразованием... Я не буду говорить, кто, но некоторые из наших деятелей культуры на мои скромные попытки спросить: «А вот в Евангелии вроде сказано не совсем то, что ты говоришь...» люди просто от меня отворачивались с негодованием, — «он еще и Евангелие цитирует». Потому что они сами не читали, но считают, что все знание от Дьявола. В том числе и знание Евангелия тоже от Дьявола.

– В связи с Вашими постоянными духовными поисками как происходит координация с окружающим миром? Как к этому относятся близкие Вам люди? Бывают ли конфликты?

– Те люди, с которыми я общаюсь, например моя семья, принимают это нормально, поскольку они меня знают таким, какой я есть. А те люди, которые меня знают хуже, вольны относиться к этому как угодно. Я приблизительно в два или три года решил, что в этом мире далеко не все в порядке, и люди вокруг занимаются такой чудовищной чушью и настолько глупо расходуют свой потенциал, что принять их всерьез я так и не смог. С тех пор, как я это осознал, прошло полстолетия. Я не ошибся. Как они чушью занимались, так чушью и занимаются. И всю свою сознательную жизнь я делал так, чтобы максимально их задеть.

– Вам, видимо, известно, что в истории популярной музыки именем БГ журналисты часто называли Бенни Гудмена?

– И Билла Гейтса называют БГ. Но Беня Гудмен мне приятен, а про Билла Гейтса ничего сказать не могу.

– Ваши концерты в гастрольном туре друг от друга отличаются?

– Если человек впервые приходит в церковь, он может быть очень впечатлен количеством икон, разноцветными ризами священников, их старославянским языком. Но если придет во второй раз и увидит то же самое, он тоже разочаруется? Или попытается понять, что в этом есть что-то еще?.. «Аквариум» подобно айсбергу практически полностью спрятан под водой. То же, что вы видите на поверхности, вообще не имеет никакого значения. И в действительности концерт в Волгограде очень сильно будет отличаться от концерта, допустим, в Минске. Хотя на первый взгляд, да – все те же иконки, ризы, тот же ладан...

– Вы действительно счастливый человек?

– Я понятия не имею, что такое счастье. Меня этот вопрос совершенно не интересует. У меня жизнь гораздо интереснее, чем счастье или несчастье. А в понятие «жизнь» входит и то, и другое, и третье. И я очень несбалансированный и беспокойный. Но при этом представляю, как устроен мир. Поэтому все это мне до лампочки!

– И в этом мире Вас ничто не искушает?

– Меня искушать не надо. А чтобы избавиться от искушения, надо ему поддаться. Как говорили китайцы, невыполненное желание разрушает изнутри.

– То есть Вы стараетесь ни в чем себе не отказывать?

– Я не вижу ничего, в чем мне стоило бы себе отказывать. Лучше всего пройти через тоннель и выйти с другой стороны.



Виктория ЖЕЛЕЙКА

назад

интервью со звездами  |  цитаты недели  |  архив  |  обратная связь

наверхнаверх

© "Питерский микрорайон" | 2006


    Biramax 2005-2017  

При цитировании информации гиперссылка
на данный сайт обязательна


Rambler's Top100